Идеальная мечта о сплоченности и объединении всех народов

Мнение великого русского физиолога, лауреата Нобелевской премии,
гражданина России И.П.Павлова.

     Отрывок из его лекции "Основа культуры животных и человека", прочитанной 27 мая 1918 года в Петрограде:

     "Столетия существовали вместе народности России, привыкая к общему государственному языку, связанные общими интересами, привычками жизни и т. д. Мы располагаем 1/6 частью всей земной поверхности, располагая всеми климатами, следовательно, мы фактически очень приближались к идеальной мечте о сплоченности, объединении всех народов.

     Конечно, самодержавие у нас угнетало народы, но самодержавие угнетало всех, и великороссов, и малороссов, и т. д. После революции можно было надеяться, что желания всех будут удовлетворены, будут даны и школы, и законы, и т. д. Союз между ними был уже готовый. Но что же случилось?

     Как только произошла революция, все мы рассыпались, отвернулись друг от друга, и каждый хочет самоопределиться. Какой же в этом толк?

     Когда мы вместе, мы обладаем силами, а в отдельности с нами расправится всякий, кто сильнее. Так оно уже и есть. Какой же смысл в этом отделении?

     Все человечество стремится к слиянию, а мы стремимся к тому, чтобы жить врозь. Ясно, что наши стремления не отвечают потребностям человечества, а являются лишь результатом того, что с нас снята узда. Это есть проявление вольности, свободы без всякого участия другой половины жизни, дисциплины, торможения.

     Ведь примеры у всех пред глазами. Вот Германия, она обладает сейчас большой силой, а почему? Потому, что она слилась от отдельных клочков в одно государственное целое. А мы распадаемся, глухие ко всем урокам истории. Разве этого требует жизнь?

     Нет, это просто результат отсутствия торможения. Выгоды жизни здесь не учитываются.

     Возьмем более частный случай, возьмем отделение Малороссии от Великороссии. Я жил порядочно, доживаю до предельного человеческого возраста - 70 лет. 10 лет я был студентом, имел товарищей со всего простора России. Затем я был профессором, когда чрез мои руки прошли тысячи молодых людей. И я скажу без малейшего преувеличения, я никогда, ни на один момент не почувствовал, что есть Великороссы, как отдельная нация, и Малороссы. Мы всегда вместе и плакали, и радовались. Что бы я ни делал, что бы я ни думал, я никогда не принимал в расчет, кто я - великоросс или малоросс.

     И вдруг откуда-то получается неудержимое стремление к распаду! Чем это оправдывается, зачем это надо?"